— Не раздражай, не береди душу. Словно не дождешься, когда придет ноябрь. — А помнишь, как мы один раз выехали в тридцатисемиградусный мороз? Мотыль примерзает к пальцам, пальцы — к мормышке, лунку каждую минуту затягивает льдом. — Фанатики! Я тогда сбежал с половины дня. С Варварой Ивановной варил уху. — Красота!.. — А помнишь, как один раз ехали на твоем «Москвиче» по тонкому льду ночью и открыли дверцы, чтобы, если рухнем, повиснуть на дверцах! — Фанатики! Жаль мне «Москвича»-то: наверное, новый хозяин его перекрасил, и номер другой. Может, и встретишь на улице, не узнаешь. — А помнишь, как у Аркадия на мормышку щука взяла? — Не береди!.. Солнце поднялось выше. Оно начинает пригревать. Оно просвечивает тихую речную воду. — Эх, брат, словно не дождешься, когда придет ноябрь, и стужа, и первый лед! Да мороз бы покрепче, да махнуть бы на Григоровы острова!..
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4