и по крыше. Некоторое время я лежал, открыв глаза и все еще упиваясь так неожиданно нахлынувшей на меня светлой и чистой красотой. Потом я стал засыпать. Не то во сне, не то наяву через две перегородки полубредово доносилось до меня: — Трефы-два! Пас! Откроемся! — Спрашивают у армянского радио: «Может ли муж изменять своей жене?..» — Ха-ха-ха! — А наша дама опять не пришла ночевать. Это было последнее, что я слышал.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4