бывают на нем или побывали хотя бы однажды в жизни. А ведь между тем есть люди, множество людей, которые ездят на Птичий рынок каждое воскресенье. Из этих-то людей и составляется там толпа, сквозь которую почти невозможно пробиться. Это самый многолюдный, самый тесный, самый оживленный рынок в Москве. Птичьим он называется условно. Правда, что там продают в клетках и щеглов, и канареек, и даже подчас соловьев. Правда, что там есть ряды только с птичьим кормом: конопляное семя, овес, просо, обыкновенные семечки, сушеная рябина и прочее. Правда, что там в воскресенье толпятся все голубятники Москвы со своими всевозможными голубями. Но ведь есть другое. Породистого щенка, милого ежа, белку, кролика, кошку наконец,— все можно купить на Птичьем рынке. И все же не это его главное, особенное лицо. Главное на Птичьем рынке составляют ряды аквариумистов. Вот здесь и начинается особенное, здесь- то и начинается тот своеобразный мир, о котором мне захотелось упомянуть лишь затем, чтобы потом рассказать о другом микромире, еще более своеобразном. Например, мы живем и не знаем, что у русских аквариумистов произошло событие огромной важности. Сергей Образцов (один из самых заядлых аквариумистов Москвы, завсегдатай Птичьего рынка) привез из Лондона парочку рыбок дотоле неизвестных и невиданных. Кто-то, наверно, выпросил у него парочку мальков. И вот уже через год редчайшие экзотические экземпляры проникли на Птичий рынок по баснословной на первых порах цене, А через два 50
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4