лосами. В ямке у него водичка хрустальная, холодная, в ней две-три хвоинки и солнце величиной с горошину. Но когда увидишь белый гриб, все равно померкнет краса всех остальных грибов. В это время в деревнях обыкновенно моют, готовят кадушки. В кадушки кладут можжевеловые ветки и там их ошпаривают, накрыв одеялом. Потом под одеяло кидают горячие камни. Кадушка пропитывается можжевеловым духом. Рядок за рядком укладывают в кадку отборные красные рыжики. Рядки аккуратно перестилают смородиновыми, дубовыми листьями, да еще листьями вишенья да хрена. Сверху кладут мешочек с солью, а поверх всего камень. В лесу уж и брусника пошла краснеть. Словно капельки крови, горят ягодки брусники среди вечнозеленой, глянцевитой листвы. Но вот в эту глянцевитую зелень падает желтый кленовый лист. Другой кружится в воздухе. Третий... Необыкновенно красивы в это время леса издали. Багряные, как бы облитые кровью, стоят осины, лимонно желтеют березы, ярко выделяются на фоне осеннего горения леса темные ели. А иногда вдруг подует ветер, и закружится по лесным опушкам золотая шуршащая метель. Мхи и сухие листья. Чисто, пусто в лесу. Птицы около деревень собираются в огромные стаи, совершают тренировочные полеты. Подчас издали можно принять стаю грачей за черное облако, Грачи летают низко. 188
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4