А однажды было еще и так: Спеша на север издалека, Из теплых и чужих сторон, Тебе, Казбек, о страж Востока, Принес я, странник, свой поклон. Чалмою белою от века Твой лоб наморщенный увит, И гордый ропот человека Твой гордый мир не возмутит. Но сердца тихого моленья Да отнесут твои скалы В надзвездный край, в твои владенья, К престолу вечному Аллы... Молю!.. Нет нужды целиком переписывать это прекрасное стихотворение великого поэта, но можно с уверенностью сказать, что если бы Михаил Юрьевич Лермонтов не ехал в Россию верхом на коне, пересекая Кавказский хребет по дну ущелий и минуя перевалы, а пролетел на ТУ-104, Казбек ему не только не показался бы дорогой в надзвездный край, но он просто-напросто не успел бы и задуматься над всем тем, о чем написано в стихотворении, ибо едва- едва мы успели бросить взгляд на острогранный камешек Казбека справа от самолета и на более округлый камешек Эльбруса слева от него, как бортпроводник объявил, что пролетаем над Воронежом и что сейчас самолет начнет снижаться к Москве. С высоты такого полета уже ощущается округлость Земли, планетарная кривизна ее поверхности. Но так мы привыкли к чудесам, совершенным человеческим разумом, что не приходила в голову мысль ни о величии мира, раскинувшегося далеко внизу, 160
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4