Когда мы поднялись, город разгорался внизу, как груда горячих углей под ветерком, рассыпанных густо и беспорядочно. Через весь город тянулась двойная прямая линия огоньков —набережная Куры. Угадывались неправильные квадраты площадей, пунктиры улиц. С самолета ночные города похожи на Млечный Путь. Прелесть теперешней картины была в том, что мы поднялись достаточно высоко, чтобы видеть сразу весь Тбилиси, но и не настолько высоко, чтобы видеть одну лишь золотую пыль. Освещенные, различались аккуратные красноватые крыши домов, множество огней передвигалось в разных направлениях — автомобили. В золотом городе как бы пульсировала золотая кровь. Каждое наше культурно-просветительное мероприятие заканчивалось обычно одним и тем же — мы садились за стол. Главные черты грузинской кухни известны. Но что всегда поражало нас, так это обилие зелени, которая съедалась за столом, зелени необыкновенно вкусной, душистой и, само собой разумеется, битком набитой разными витаминами и другими полезными веществами. Темно-синяя зелень — реган (по-грузински звучит «рехан») с сильным привкусом мяты; похожая по вкусу на хрен, но нежнее и приятнее его зелень цицмата; с тонким ароматом зелень кинза, которую кладут в лобио, ну, и портулак, и обычная петрушка. Все это подавалось кучами, чтобы не сказать вениками, и съедалось нами дочиста. Мы так пристрастились к зелени, что потом, уезжая домой, захватили не груши с виноградом, а именно цицмату, да реган, да кинзу. 147
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4