жик, калач тёртый, то ли дядька Якова, то ли свояк, не особо охотно расставался с солью, мукой, спичками и рыбой. Как от себя отрывал, за каждый фунт ругался: —Много! Обожрутси, работать не станут... Яша приедет, ругаться зачнёт. Благо, Чирков шепнул деду, что Фаддеев —самый главный управитель у Сыроватских, из самого Якутска будет! Про Вязники не стал говорить, откуда старику знать, что на земле есть ещё и какие-то Вязники. Дед всегда знал, что имеются Якутск, Казачье и Усть-Янск с Нижнеянском, а дальше... —всё, дальше только море, острова, а на них Яшины охотники. В итоге Фаддей психанул: —Я щас, дедушка, в куль тебя запихаю и с голой на Котельный отвезу, там ты у меня на постной воде песца живьём ловить станешь, его же сырым и жрать начнёшь! Ты хочешь со мною на острова?.. —не хочешь! Тогда говори, где рыба нельма и чиры хранятся, да молока мороженого 50 фунтов заверни в ткань чистую. Еще не забудь, где у тебя масло постное и во что ты мне его два ведра нальёшь... —и это не мои заботы. Завтра приеду, чтоб было всё в лучшем виде, аль собирайся со мною в зимовьё... Уходя из избы, Фаддей так дверью хлопнул, что через три дома соседи услышали, поняли —хозяин из столицы, коего Никифор сюды доставил, ругается, а это - к непогоде, что и есть нехорошо! Чирков, усаживая Фаддея за свой хлебосольный стол, смеётся: — Мы, паря, всю жизнь так и работаем: по 20 копеек нам за шкурку платит, а в Якутске по 2 рубля сдаёт... —и чё ему не жить. —А бивень как? Дороже получается? —любопытствует вязниковский дворянчик, которому многое здесь в диковинку: и хорошо, и не очень... —Ну, конечно, —смеётся Никифорова жена, —нам —рубль за пуд, в Якутске - двадцать пять за тот же вес! — Но, ведь, до Якутска ещё допереть пушнину и кость надобно, а это расходы большие, что морем, что тундрой. И опять смеётся баба местного охотника: —Ты, Фаддей, такой здоровый и такой умный, а дурак дураком получа- ешьси: им жа за доставку государство деньги отдельно отписывает, почему Яшка и мотается то в Якутск, а то и в сам Иркутск к губернатору! Три-четыре связки песцовые на шею бабе губернатора повесил... —и нате вам, распишитесь за стокмо-то тыщев рубликов на транспортировку. Губернатору не жаль, денежки-то не его, государевы, - просвещает «дурака из дураков» шибко умная устьянская женщина, жена простого охотника. Фаддей скромно улыбнулся, поблагодарил хозяйку за переданные ему знания, надо сказать, весьма неожиданные и ценные. И сразу почему-то вспомнил Сёмкины «подушечки»: «...двадцать копеек затратил — рубль восемьдесят чистогана твои... Не хреново!..» Оленей с нартами Чирков нашёл много - все хотят заработать, поехали 332
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4