Тут же и корова висела, две свиньи и... задняя часть лося! —Это ты кушать не будешь, привычку иметь надо: жёсткое мясо, для живота тяжёлое. Это —на всякий случай, некоторые любят, я —нет. В рыбном отсеке Фаддей чуть дара речи лишился: на ледяных плитах стояли рыбины, носами вниз, хвостами вверх. Плотные ряды, одна к другой, ростом под два аршина, но были и аршинные, и чуток поменьше. Сандара рассказывает о каждой: —Это —наш ленский осётр, ты его сегодня кушал —хатыыс. Что с икрой, —выбрасываем: чёрная, грязная, невкусная. А это - нельма: иногда в три аршина попадаются —пудовые. Ни варить, ни жарить нельзя —только на балык идёт. Сплошной жир. Самая ценная рыба: вкусная, сытная. Яшка Санников привозит... —дорого берёт, с побережья прёт. Аэто, —Фаддей засмеялся, перебив Сандару, —ну, прям-таки берёзовые чурки чуть меньше аршина и носы тупые, круглые. Фунтов по десять будут! —Это —чир. Такой же, как муксун, токмо нос продолговатый, а по вкусу не отличишь, утром ели. Уха хороша и жарить можно, и балыки делаем,— Сандара улыбнулась: —Коптить не умеем —вот этим и займёшься! Унас в Алдане такие не ловятся, тож Яшка продаёт. Хозяйка подошла к мелочёвке, толстенным слоем лежащей на льду. —Ух, ты! —изумился Фаддей, —подлещики? Но странные какие-то... —Не-е, —поучает Сандара, —это —сорога, по нашему, «тюёрт уонус» будет. Аэто —сижки, сиг, короче. Как чир и муксун, но поменьше. Вкусные пироги получаются —испеку! В Алдане их полным-полно, и в Лене тож. Карасей пока нет, в первую неделю ноября на озеро пойдём, пудов двести вытащим... —всем хватит. —Двести? - переспрашивает Фаддей. —А как это?.. Можа, двадцать? —Двести, двести, —увидишь. Ну, а тут, —хозяйка на другую сторону рыбного склада перешла, —тут для свиней сорная рыба: окунь, щука и краснопёрка. Мы такую не едим. В хотоне печка стоит, на ней варим рыбу с рубленой травою, мало варим — 5 минут, не больше, час «томим»... —и хрюшкам на обед, и те жируют! А, чуть не забыла про царь-рыбу - таймень. Ловим в речках, что в Алдан впадают, и в самом Алдане бывают, но реже, в речках много. Речной волк —так у нас тайменя называют. Представь: плывёт тихим вечерком по тихому омуту крыса водяная — андатра, на другой берег ей, видите ли, перебраться вздумлось! Толстая, наевшаяся травы и рыбы, фунтов пять веса в ней. Таймень услышал: хап!.. — и нет её! Как ты, ягодку брусничку проглотил, почти рот не открывая. А из трёх андатр отличная шапка получается: сошью —увидишь. На северах ей цены нет: лучше оленьей, коровьей, волчьей—да любой. Лёгкая, тёплая, воды не боится —андатра, всё ж! Говорят, мужпокушаетухуиз тайменя... —ох, какженулюбить начинает! Попробуем, Фаддейка? Хочешь? 271
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4