Фаддей вздрогнул, в сердце кольнуло, а откуда беспокойство —неведомо: «Ну, Анна, ну, нитки —всякой бабе шить должно...» —и в груди колокол тяжёлый весомо: «...бум-м, бум-м, бум-м...» —не набатно, но... волнительно. Вскоре и малец с Анной подошли, девушка молча поклон ему отвесила, доброго здравия пожелав. Фаддей в очи девушки взглянул и весело, на удивление Колывану, бесшабашно улыбнулся. Кактакое объяснить? —что, оказывается, амурчики-голопузики со своими стрелами волшебными и сюда, в студёную Якутию, во след парням кудрявым и девушкам синеоким следуют, чтобы сердца их пронзать!.. —И тебе, Анюта, не хворать, —сказал просто, вовремя улыбку погасив, чтобы ненароком девушку и дядьку её не обидеть. Не ровён час, улыбку, счастию подобную, за нескромность сочтут. Взял под локоть Колывана, в сторонку отвёл: —Слушай, брат, и не перебивай. Вязники и Кострома в соседях ходят, по этим меркам, по северным. Единственные родные люди мне здесь, это твоя община: ты, Колыван, дети твои, племянница вот —Аннушка. — Фаддей говорил твёрдо и так же твёрдо, но невольно, локоть бывшему «соседу» сжимал. —Я ноне плот строю, на него избу ставлю, на моря по реке весной уйду. Можа, год, можа, два зимовать на берегу стану, а там... как получится. Пять рублёв серебром ежемесячно у купцов получаю —важную для них работу делаю. Кормят, поят меня за просто так, ещё дитёв ихних русской грамоте учу, некоторые успехи показывают, но есть и неучи... —и, достав из кармана весомую кожаную мошну, в руку сунул в руки Колывану:—Здесь, брат, около двадцати рублёв, мне они вовсе без надобности. Купи в общину коня, корову, детям и бабам одёжу на зиму. Будешь отнекиваться —за татя сочту. Мы в Вязниках считаем, что вера у нас одна. Как Создателю молиться —туткаждый себе волен,лишь бы молился.Уменя, Колыван, свои недочёты пред Богородицей, ежедневно взываю к Ней, чувствую: слышит! Старовер, тоже здоровый детина, благодарно приобнял земляка. —Ас огорода каждую субботу мне чуть-чуть чего-либо привози, якутов приучать буду дары природы в пищу употреблять —меня послушают. Анна, да и весь рынок в удивлении: стоят два рыжебородых богатыря и, как малые дети, смеются и обнимаются, кэпсэтии ведут! Пошли к телеге. Там молоденькая якуточка брезгливо перебирала пучки с морковью и не могла выбрать. Морковь чистая, крупная. Что ещё нужно? Фаддей пучок девушке протянул, «ахаа кыыс» сказал и повторил по русски «кушай, девушка, зубы крепче станут, «харчы суох» —оплачено. Девушка глазками стрельнула, в кулачок прыснула, взяла пучок и ушла. Якутяночка от своих подружек, дочерей Сыроватских наслышана о молодом русском парне —«улахан нючча», он действительно, большой, и борода огромная, прям—каксолнце горит! Вотвстретила —всем расскажу! Фаддей, неожиданно взял руки Анны в свои ладони, не взял —утопил! 220
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4