вами. Разбогател старик сильно-сильно, но и нам с Лёвкой полные мешки денег отвалил, в память, значит, о дружбе с отцом нашим! Семён устал говорить, и Лёва продолжил: —Следующим летом, году, кажется, в 73-м, солнечным днём дядя Ваня узрел вдалеке от малого острова, где мы дружно бивни собирали, ещё один, уже третий по счёту остров. Мы, как олени, бросились туда! Ух, ты!.. Остров огромадный, помёт и волчий, и олений, и заячьий —какого токмо зверья там не водится, про птицу и не говорю, а главное —мамонт! —Лёвка весело смеётся: —Мамонт чуть не живьём табунами ходит, бери... —весь твой! Домой собрались, уже и в лодки сели, а я котёл медный, в котором чай кипятил, забыл! Иван оплеуху залепил: «...беги, пострел: коль башка пустая, пусть ноги работают!..» Ну, три версты до стоянки и три назад —пустяк для молодого, зато остров назвали Котельным, в честь меня, значит! Семён жестом остановил младшего брата и рассказ продолжил: — А через год старик помер, но оставил бумагу, где на нас с Лёвой пожизненно острова свои в хозяйство оставил. Я —в Иркутск, к генерал- губернатору. Пять кулей соболиных шкурок привёз и две связки превосходно выделанных шкурок песца белоснежного, да и в ноги: —назови острова Большой Ляховский и Малый Ляховский, а третий пусть так и будет, как Иван при жизни прозвал —Котельный. Думал: помру, а присвоение островам славного имени не дощдусь, но нет,неправоказался! Черезтри года вЯкутскиз Иркутска на моё имя письмо государственной важности пришло: Выписка из Указа Государыни Екатерины II о наименовании дальнего и ближнего островов в Малый и Большой Ляховские острова. И они за нами в хозяйство оставлены были. Хочу чего-нибудь Государыне в подарок отвезти, да в сомнении: как думаешь, Фаддейка, буду с подарками до царицы допущен, иль взашей?.. —Вот с годиктебя врусской баньке попарю, тадысь и «невзашей», атак... точно не пустят, воняешь шибко!.. —смеётся Фаддей, а Семён громче всех. —Акак же на ваших островах работы ведутся, коли вы здесь обитаетесь да по Омскам с Усть-кутами катаетесь, аргы пьёте?—в толк Фаддей взять не может островную линию купеческой деятельности. —Такто просто, —всвою очередь удивляется Семён, —у нас островами уже многие годы ведает Яша Санников. У него по три артели на каждом острове, с него и спрос: сколько проели, сколько добыли, сколь денег заработали —всё Яков, всё нам сдаёт, в воровстве не замечен. Ближе к зиме приедет —познакомишься. —Выходит, «подушечки» не ему привез, —подмигивает Фаддей Семёну. —Нет, конечно, —разводит купец руками, —то вТикси менять буду,там много тундровых охотников на нартах приедут, рухлядь свою привезут. Многих и в лицо не знаю, главное —меня все знают, и на том спасибо! 218
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4