глазами... А крылья-то, крылья где? Как же без крыла-то?.. — непонятно куропаткам и тетеревам. Вот и наблюдают сверху за ползающими. Как-то Пашка с Фаддеем Буйсану, Арслану и Асану пистоли свои показали. У парнишек глаза заблестели: - Ух ты, вот это да, ничо себе!.. — восхищённо языками зацокали, любуясь столь невиданной красотой, - а как бы стрельнуть, хотя б разочек, ну, просто один единственный раз! Башкиры уже давно русских молодых парней не стесняются, вовсю с ними говорят, значения слов многих переспрашивая, на ум откладывая. Зверев к затее «стрельнуть» легко отнёсся: - Да, на здоровье! Хоть до посинения! Для начала незаряженные пистоли на вытянутой руке поднимали, мушку глазами выцеливали, «пли!» языком выкрикивали, затем по торчащим из-под снега пням палить начали. По живым деревам стрелять нельзя — поранить можно, а гнилушка вытерпит. Смеясь, Шакиров на толстую птицу указал, что сверху на них любопытствовала. Пальнули —и ухом тетёрка не повела. Шакир со Зверем смеются: —Ну-ну, мазилы, вдругоряд берегитесь: какнет она вам сверху, и холодным снегом обтираться придётся, а воду греть времени нет, —ехать надо. Через четверть версты вновь птица встретилась. Также наверху сидит, далеко глядит... —одно слово, дичь непуганая! И опять после выстрела ничто с неба не упало: птица лишь фыркнула: мол, как вонько пукают человечки... - и неспешно улетела вглубь тайги подальше от этого дурно пахнущего места. Кзапаху горелого пороха сибирские чащобы неприучены: народумало, а пистолей и вовсе не водится, всё больше капканы, силки и стрелы охотников, —и тут уж чужих запахов нет. Воздух чист —дыши, наслаждайся. Вечером Зверев возле костерка, у кипящего чая, парням урок военного искусства преподаёт: —Пистоль, оружие ближнего боя, с убиенной силой до 20 шагов, дальше —ни-ни, кончилась власть пули его, ослабла в полёте. Авы?.. Сама ёлка 10 саженей - вот тебе и все те 20 шагов, да в стороне от дерева стоитя шагов за 10-15, какая же пуля-дура долетит до вашей дичи? Парни рады, что не «мазилы, но огорчены, что с пистолем на охоту ходить не резон. А как удобно: оружие-то невесомое. - Неси, чего уж там! - кивает головой Шакирову Зверев. Маулетхан Мансурович торжественно из «сарая» выносит что-то длинное, весомое, в холст аккуратно завёрнутое. Передаёт Фаддею: —На, паря, обучай молодёжь, —и на голове Арслана волосы всклокочил. УФаддея в Вязниках давно уже такое ружьишко есть и как этим пользоваться ему хорошо известно: пробовал, да и не раз. 150
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4