давай со мной в Иркутск двинем! Стобой отличная компания собирается: я, ты, Шакир и Пашка. Я за выслугой лет еду. Шакир там ханшу себе найти желает: пусть хоть дика, да чистая. Пашке денег надо подкопить, чтоб на Ксюхе жениться. Аты, Фаддей, и сам не знаешь, чё хошь, чё добиваешси... —вот там и определишься, иначе всю жизнь дурнем прослоняешься! Поехали! Не пожалеешь! Фаддей, державший вожжи вместо отсутствующего Шакирова, весело засмеялся, конь от испуга даже уши прижал: —Такя,Лёша, сам тебя просить хотел об этом: в попутчики да сослуживцы напроситься, а тут ты меня приглашаешь - еду!.. — Ай, славно!.. — обнял Алексей вязниковца, - едем, друг! В тайгу сибирскую едем! На Байкал!.. —иноверцев в лоно Божьей Церкви возвращать! Едем!.. У бати в Иркутске полковой командир - лучший друг. Отец его дважд ы от смерти в боях спасал, встретит нас отменно, но и поблажек не будет, такой же службист чурбанистый, как и мой отец, - да и славно, сами пробьёмси! В начале апреля там надо быть. Значится, в начале февраля отвал отсю- дова. Виват, Фаддей Фаддеев, едем! За два месяца мы не токмо, что до Иркутска, мы до Америки дойтити смогём, а хошь —и до самой Индии! Ты бывал в Индии? И я нет! Да и хрен бы с ней, нам в Иркутск. Ур-р-ра, едем!.. —казалось, Зверев вожжи отнимет у Фаддея и на Иркутскдвинёт: на восток, где кедры могучие и голубые льды Байкала... — как будто это за тем лесочком... Когда на следующий день могильщики доложили Алексею об окончании своих работ, то вход в баню Зверев запретил всем. Лишь Фаддею сказал, и то под вечер: — Идём. Впрочем, парни особого желания нанести визит туда вовсе не имели, особливо, по своей собственной воле, себе, дескать, дороже. В предбаннике Алексей чайку решил с Фаддеем попить, благо, и печь ещё горяча, и заварка в плошке с кусками сахара вперемешку. Фаддей в удивлении: никто не скажет, что здесь только что люди в земле ковырялись, полы вскрывали. Ни пылинки, ни соринки кругом —чистота и порядок, половые доски одна к другой пригнаны - хоть пляши! —Я вот что тебе хочу сказать, друже, —начал Алексей, уютно за столом расположившись, как видно надолго разговоры вести собираясь. —Троих девушек откопали нынче могильщики, им не привыкать, но язык за зубами они крепко держать умеют... — мною проплачено. А вот через полгода, напротив, они же по городу слух распустят про «мстителей». Авось, убийств на какое-то время поменьше станет, —ублюдки -то свои от страха прижмут —и то хлеб: кто-то жив останется! 119
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4