погасший огонь опять зажигающей. Накормил он жеребеночка этой травой. Стал жеребеночек опять живой. Но пока его тельце в земле лежало, Время шло, время бежало. Жеребенок за это время подрос, стал он любому богатырю под роет. закончив с жеребеночком благотворные действия. Принялся атъш-чюс за самого младенца, собрал он все младенческие косточки Набралось их всего-то горсточка. Потом, твердя заклинания разные, достал кукушку он из-за пазухи Из хвоста лошадиного он три волоса выдернул, И кукушку, которую из-за пазухи достал, три раза волосьями обмотал. Положил он кукушку на ребячий скелет. Пролежавший в земле уже много лет. Травами целебными он скелет обкурил, заклинания необходимые проговорил, кровь, что когда-то по земле расплеснулась. Назад в младенца до капли вернулась, душа, которая когда-то вверх улетела, в младенческое вернулась тело. младенец ожил, дышать он стал. Потом потянулся и на ноги встал. Но пока его тельце в земле лежало, время шло, время бежало, младенец вытянулся, подрос он И стад мужчиной богатырского роста, поздоровался он со своим спасителем, со своим негаданным воскресителем: «Ты, который потухшее разжигаешь. Ты, который умерших воскрешаешь, в каких землях твоя земля, в каких водах твоя вода, где твои пастбища и поля, откуда едешь ты и куда?» дерево растет с золотыми листьями, И слышу я вроде бы кукушка кукует, И печалится и тоскует. одно и то же она твердит неустанно: «я был единственным сыном алып-хана, алып-Хортика и коварная ведьма ку Поймали меня на том берегу, красную кровь мою они выплеснули, белую душу мою наружу выпустили. весь ОТ злости я закипел, а про себя подумать успел: «Нет, уж теперь, что делать, я знаю, за несчастного сироту пострадаю, за младенца, убитого зверски, постараюсь отомстить изуверам. поехал я искать, что потухший огонь зажигает, поехал я искать, что умершего воскрешает... а теперь тебе одеться бы надо в подобающие богатырю наряды. У меня одежды есть запас, мы тебя оденем сейчас. земли отца твоего разорены изуверами, все потоптано там, исковеркано, поэтому тебя приглашаю я, поедем в Мои родные края. лежат они, где сходятся земля и небо, давно уж и сам я на родине не был. а так же там Шесть хребтов соединяются, а так же там Шесть морей в одно море сливаются». Сын алып-хана сел на коня бело-буланого, алтын-чюс сел на коня белоснекного. Поскакали они в далекие страны. Поскакали быстрее прежнего. «Сам не знаю, куда я мчусь, а зовут меня алтын-чюс... ...На белом свете одинок я, как перст. Скитаюсь вдали от родимых мест, шесть лет уж как беспрерывно в нута. Стараюсь я повсюду найти у кого есть горе, у кого есть беда, у кого какие напасти. Стараюсь я людям помочь тогда в их горе и в их несчастье. Еду я день, еду и ночь, гляжу я, где бы, кому бы помочь. Но особенная моя забота Помочь обездоленным и сиротам. потому у меня забота та, что и сам я на земле сирота, раздетому я достаю одежду, пешему я даю коня, упавшему я подаю надежду, слепому даю сиянье дня. у судьбы я милости не выпрашиваю. Жеребенка скакуном я выращиваю, из ребенка делаю я мужчину, вот разъездов моих причина... однажды заехал я на Синюю гору, был я слегка под хмельком в ту пору, вижу я место хорошее, чистое. Выписка из приказа № 014/К от 21 августа 1922 года. Напоминание об обязательном объявлении населению района о расстреле заложников. §!• За нападение на гарнизон туима банды Соловьева и убийство ими красноармейца, на руднике Юлия расстрелять заложников; 1. Алешину Александру (26 лет); 2. Тоброву Евдокию (24 года); 3. Тоброву Марию (17 лет); За убийство в с. Ужур зампродкомиссара т. Эхиль расстрелять заложников: 1. Рыжикова А. (10 лет); 2. Рыжкову П. (13 лет); 3. Фугель Феклу (15 лет); 4. монакова в. (20 лет); 5. Байдурова Матвея (9 лет); §2. для широкого распространения в объявлении населению сообщить только фамилии заложников. Подписано ком. вооруженными силами ачмин- бойрайона и замкомчонгуб Какоулин. там же, л. 9
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4