пишет: «Партия послала на Тамбовщину лучших своих сынов, лучшие части, лучших командиров, военачальников, политработников, и среди них был командир 58 стрелкового полка аркадий Голиков». а надо было бы написать: «Против лучших и несчастнейших сынов России, не вынесших большевистского насилия и решивших лучше погибнуть стоя, чем жить и пресмыкаться в чудовищном рабстве. Партия послала самых отъявленных убийц и Негодяев, имеющих уже большой опыт в деле истребления коренного Населения России, и Среди Них был...» - далее все По тексту. могут сказать: «мало ли что Голиков служил в чоНе. может, он вовсе и не расстреливал». Но такое предположение невероятно. Если солдат служит в похоронной команде, то закапывать трупы убитых это его повседневная работа, для фронтовой медсестры повседневная работа - перевязывать раненых, для хирурга в медсанбате - делать операции, для артиллериста - стрелять из пушки, для танкиста - водить танк, а для чоновца - расстреливать безоружных людей: пленных, заложников либо приговоренных к расстрелу Ревтрибуналом. части Особого Назначения. Не может пожарник не тушить Пожаров, моряк Не Плавать на корабле, кавалерист не ездить верхом на лошади, повар не готовить пищу, а чоновец не расстреливать, такова уж его специальность. до сих пор многие не перестают удивляться, как это так, семнадцатилетний мальчишка, и вдруг - командир полка! За что, за какие такие заслуги? За чонов- ские заслуги, уважаемые сограждане, за ЧоновСкИе. а заслуги у чоновца могли быть одни, опять-таки - чо- Новские. У меня осталось в памяти вычитанное где-то, но осталось уже в обрывках, в частности, никак не могу вспомнить, о какой школе там велась речь. Суть же Этой Своеобразной притчи в том, что некий Юноша учился в каком-то предосудительном учебном заведении. окажем, в узкоцеленаправленной партийной школе, или, скажем, в инквизиторской школе, или (ближе к нашей действительности) в школе лагерных конвоиров или просто на палача. И вот, оправдываясь, он говорит:, - Не один я там учился, нас там было много молодых людей... - Да. по зачем ты был первым учеником? иногда мне самому кажется неправдоподобным: как это четырнадцатилетний мальчик, ученик арзамасского Реального училища, оказался вдруг чоновцем? Как это Наталья Аркадьевна, мать Аркаши, сама упросила знакомого Ефима осиповича Ефимова взять мальчика в отряд, что это - сверхреволюцион- ная сознательность? Жертвенность во имя революции? И ли за этим что-то стоит? У меня есть догадка, доказать которую, разумеется, невозможно, но возможны косвенные рассуждения на эту тему. Не так давно мой коллега Борис Николаевич Камов, автор двух больших замечательных очерков о смерти Колчака и о смерти адмирала Щасного, но также и автор апологетической - в духе соцреализма - книги о Гайдаре, выступил с новой публикацией об аркадии Петровиче. Этой публикации он предпослал следующие слова: «Уже более двух лет в российской печати появляются статьи, в которых а. п. Гайдара обвиняют в организации и осуществлении массовых репрессий в годы гражданской войны... между тем в этих публикациях не приведено ни единого документа, подтверждающего обвинения». дальше торис Камов начинает рассказывать о Гайдаре 30-х годов и о том, как аркадий петрович несколько раз звонил паркому Ежову, пытаясь выручить свою бывшую жену Лию Соломянскую. по это все равно, как если бы стали обвинять, скажем, Буденного в том, что он много зарубил шашкой людей, а в опровержение этого рассказали бы, что в тридцатые годы Семен Михайлович «курировал» племенное коневодство в СССР. Ну да, курировал, а в 20-е годы рубил шашкой людей, а насчет документирования... вот вы, дорогой коллега, пишете об Иване Николаевиче Соловьеве, что он молодой хакаске, уличив ее в агентурной деятельности в пользу ЧоНа (Голикова), лично саблей отрубал йо одному пальцы на руке. Ну и как же вы, Борис Николаевич, собираетесь документировать эту клевету на Ивана Соловьева? В духе и образе Голикова расстреливать, но вовсе не в духе и не в образе Соловьева обрубать пальцы юной хакаске. Но вернемся к нашим косвенным рассуждениям, к нашим недокументированным предположениям о том, почему мать Аркаши Голикова в четырнадцати- летнем возрасте собственноручно отдала его в руки ЧоНа, в отряд своего знакомого Ефима осиповича Ефимова. Будучи мальчишкой лет двенадцати, Аркаша Голиков обзавелся огнестрельным оружием. Конечно, какой мальчишка не мечтает о револьвере, а тем более о маузере, а. Гольдин в своей книге о Голикове, пишет: «он мечтал иметь свое оружие, настоящее, с патронами, чтобы и стреляло по-настоящему, и нужно оно было ему не для игр, не для того, чтобы похвастаться перед товарищами, а совсем, совсем для другого...» (подчеркнуто мной - В.о.) И дальше: «Купить револьвер в то время в Арзамасе, на базарной толкучке, было нетрудно, а может быть, он приобрел его у раненого, находившегося на излечении в госпитале, или просто получил в подарок от кого-нибудь из раненых, потихонькз^от госпитального начальства пронесших оружие в палату. Как бы то ни было, а у аркадия появился револьвер». тему продолжает другой биограф Голикова, уже знакомый нам Борис Камов. «В сентябре семнадцатого возобновились занятия в реальном... еще летом (то есть, значит, летом семнадцатого, то есть, значит, в трцнадцатилетнем возрасте.- в.о.) он раздобыл себе небольшой маузер с двумя обоймами, оружие привозили и продавали солдаты, «Нижегородский листок» печатал объявления: «продается малодержаный револьвер с коробкой патронов». И он носил короткоствольный Плоский Маузер в кармане брюк. И однажды (он дежурил в классе и, выгнав всех в коридор, распахнул окно) вошел с тремя ребятами из 38
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4