218 Сквозь всю мифологическую фантасмагорию (734) рисунков вдруг прорывается реальность. Тончи выполняет свои рисунки в доме губернатора. А дом этот стоит на проезжей площади, и как пишет Долгоруков, из дома можно увидеть: «…как мимо окошек с базару скачут пьяные мужики по улице»(735). Пьяных мужиков Николай Иванович должен был много повидать и во Владимире, и на Владимирке, и ещё в Москве. Особенно ему должна была запомниться пьяная расправа над Верещагиным у дома Ростопчина перед пожаром Москвы… Он видел, что латинское выражение «in vino veritas» (истина в вине) прижилось в России. На рисунке два человека «из разных миров»: босой проповедник в рясе, освящённый лучом, и пьяница в великоватом ему сюртуке с недопитой бутылкой. Николаю Ивановичу совсем не симпатичен пьющий русский мужик. Его философский склад ума протестовал против такого прожигания жизни. Его стремление к совершенству хочет исправить этого мужика. И заставить его дать клятву трезвенности. Так появился рисунок «Счастье в истине», а «Истина в вере»… И поэтому мужик, всё ёщё не расставшийся с бутылкой, уже даёт клятву Веры. В Вере и сам Тончи видит продолжение своей жизни. Рисунок отображает глубокий внутренний переворот одновременно с излечением от депрессии и стресса. Н. И. Тончи. «Клятва». 1812-1813 годы. Калька, тушь, перо, лак. 20,7x25,7 см. ВСМЗ (В-3648, Г-3342, 3312136) (736). Надпись на книге на итальянском языке «Verite felicite» (Счастье в истине). Реставрация: ВХНРЦ, 1974 г., рест. Л. Иванова.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4