134 С. П. Жихарев писал в своем дневнике: «В альбоме одной из его своячениц я читал написанные им стихи: не ручаюсь, чтоб они были его сочинения, но во всяком случае выбор делает честь его вкусу! Il passato non e, ma se lo finge La vana rimembranza. Il futuro non e, ma se lo pinge L’indomita speranza. Il presente sol e, ma in un baleno Passa del nulla in seno. Dunque, la vita e appunto Una memoria, una speranza, un punto. (итал.)» На русском языке это звучит так: Прошедшего нет, но тщетная память хранит его у себя. Будущего нет, но непокорная надежда рисует себе его. Есть лишь одно настоящее, но оно мгновенно уходит в лоно небытия. Итак, жизнь есть, действительно, воспоминание, надежда, мгновенье (435). Если у одних учение Тончи вызывало насмешку, другие им восхищались, но были и такие, кто становился последователем его учения. В их числе были генерал Саблуков и Алексей Михайлович Пушкин (436), с которыми Тончи мог обмениваться мыслями и взглядами на многочисленных вечерах и балах, где он объяснял своё учение «в легкой, салонной форме». О том, что Алексей Пушкин был последователем философии художника Тончи, остались воспоминания. «Это учение, – как пишет Вяземский, – очевидно, должно было понравиться такому человеку, как Пушкин, и ещё сильнее поддерживать его врождённую и рано развившуюся склонность к театру. Он был страстный любитель театра но и сам, по общему свидетельству, был актёр редкого дарования: «На театральных подмостках он был, как в комнате, как дома. Вообще он нелегко смущался и никогда не рисовался»(437). И. И. Дмитриев говорил, что в своей игре «Пушкин был натурален и прост, но эта простота равнялась искусству»(438). А так как Тончи и сам был очень артистичен, это ещё ближе их сближало. С семьёй Пушкиных Тончи сблизился через старшего брата своего тестя Ивана Гагарина Сергея, женатого на Варваре Михайловне Пушкиной. Итальянец стал близок с русским литературным кругом, в который входили А. И. Тургенев, Ф. И. Толстой, К. Н. Батюшков, И. И. Дмитриев, Д. В. Дашков, Д. Н. Блудов, Ф. Ф. Кокошкин и семья Пушкиных. Встречался и с поэтом Василием Львовичем Пушкиным, дядей и первым литературным наставником Александра Сергеевича Пушкина.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4