103 речием. К его величественной наружности, с его седеющими волосами, он присоединял ещё оригинальность мыслей, которая придавала большую привлекательность его разговору… Он… стал светилом самых известных московских клубов, другом Ростопчина и всех графов и князей» (Д. Рунич) (326). Он быстро получает русское имя, понятное окружающим: Москвичи очень любили его и прозвали «Николаем Ивановичем»(327). По московской традиции иностранцам давали русские имена, например, гражданская жена дипломата Я. И. Булгакова Екатерина Эмбер по-русски называлась Екатерина Любимовна. Немец Хартвиг Людвиг Кристиан Бакмейстер превратился в Логина Ивановича Бакмейстера. Немец Герхард Фридрих Миллер стал Фёдором Ивановичем Миллером, а Игнац Клаубер – Игнатием Клаубером. Ирландка Марта Вильмот по-русски называлась Мавра Романовна. Архитектор из Неаполя Джузеппе Бове́ становится Осипом Ивановичем, а архитектор швед Карл Магнус Витберг – в России Александр Лаврентьевич (328). Слава Тончи «переплыла» с ним в «старую столицу». Степан Петрович Жихарев в «Записках» 8 января 1805 года пишет: «Были на пирушке у Гаврилы Ивановича Мягкова (Преподаватель фортификации). Домик на Мясницком Валу прехорошенький, жена красавица в полном смысле слова… Алексей Фёдорович острил беспрестанно. Нет человека любезнее его, когда он нараспашку. Я всё смотрел на хозяйку: какой бы этюд для Тончи!...»(329) – Жихарев был очень высокого мнения о Тончи-художнике, восхищался его талантом, что видно из этого высказывания. Он только что закончил пребывать в Московском университетском благородном пансионе (пансионе при Московском университете), закрытом учебном заведении для мальчиков из знатных дворянских семей. Степан Петрович Жихарев в Москве вёл активную светскую жизнь, можно сказать, наслаждался московской светской жизнью – почти каждый день в театре, маскараде, на приёмах известных дворян, был вхож в дома: князя Одоевского, князя Долгорукова, графа Шереметева, графа Орлова, князя Дашкова (губернский предводитель дворянства Москвы); бывал на обедах, балах, un gouter dansant (Завтрак с танцами), Гулянье под Новинским, гуляньях под Девичьим и т. д. Был знаком с Жуковским. Ему было где услышать о Сальваторе (Николае Ивановиче) Тончи. Вот что пишет о нём в своих Записках живописец Александр Лавретьевич Витберг (330), который в это время учился в Академии художеств: «Тончи был очень любим графом Растопчиным, артист весьма образованный. Мы с ним вскоре познакомились через картину мою. Тончи имел прекрасный дар слова…»(331)
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4