56 Их было трое. В круге этом узком Звучал недолго благовестный стих. Блок умер первым, ибо самым русским И самым честным был он из троих. Он умер не от тифа, не от раны (Небрит, прозрачен, впалые виски), Но от того, что понял слишком рано... Сказать точнее, просто от тоски. Второй пытался встать на горло песне, Что значит петь не сердцем, а умом. Но час придет и выстрел сухо треснет, Прощай, Москва — Гоморра и Содом! Постигший бездну вовремя погибнет, Возможность мук погибнет вместе с ним. Я думаю, за что же Рюрик Ивнев Особой казнью столько лет казним?.. Глядеть на все. Ползут десятилетья. Все понимать. И помнить, черт возьми! Россия. Блок. А эти... как их... эти... Когда-то были все-таки людьми. Он помнит, были. И Россия — тоже. И сам он был как если бы во сне. Ползут десятилетия. О Боже, За что печешь на медленном огне? День настает. Разносятся газеты. Из года в год один и тот же слог. Их было три восторженных поэта: В. Маяковский, Рюрик Ивнев, Блок.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4