102 ему провести годы воспитания и обучения своей довольно большой семьи, довольство своим положением, благодушное перенесение нужды, горя, напастей и пр… Всего перечислять не будем, так как разновидность проявления этих лучших свойств и качеств его души можно свести к одному общему положению: о. Флегонт, как человек, в своих отношениях к людям всегда держался того высокого правила, что каждый человек, кто бы он ни был, прежде всего – человек и брат ему по Христу, и что его нужно и черным и белым любить, как самого себя любишь. С этой исходной точки зрения смотрел он на всех: и на мужика простого, и на барина богатого, и на товарища священника, и на низших служителей клира, и на сельского учителя. Все они находили у него приют, ласку, привет, сердечный отклик на свои наболевшие нужды и часто душевный покой. Да помянут они в своих молитвах любвеобильную душу умершего. Пастырской службы почившего было около 37 лет, из коих лучшие годы молодости, около 15 лет, о. Флегонт провел в с. Нармоче, Меленк. уезда. Более двадцати лет прошло с той поры, как почивший оставил Нармоч, но добрая память о нем доселе жива и сохраняется среди нармочских прихожан. И мало того: она не только жива у современников его, но заботливо передается и подрастающему поколению. Чем объясняется последнее обстоятельство, мы не знаем, но только всякий раз, когда обстоятельства жизни сталкивали нас с Нармочем и его насельниками, весьма часто приходилось слышать общее, – и старых, и молодых желание, что если бы о. Флегонт снова пожелал перейти к ним, они на свой бы счет перевезли его из далекого
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4