разы, в особенности наложение их один на другой как бы от избытка таланта, есть не что иное, как сетка из колючей проволоки, наброшенная на стихию смысла художественного произведения. Сознание читателя, продираясь сквозь эту сетку, оставляет на каждой колючке кровавые клочья самого себя. Практически это выражается в том, что каждый самодовлеющий образ, необычная причудливая рифма приковывают к себе наше читательское внимание, заставляют нас остановиться, задержаться на нем. Образная система, включая рифму, должна помогать сознанию погружаться в стихию смысла, а не задерживать его. Особенно часто нападают на отглагольную рифму. Но вот вам четверостишье с четырьмя отглагольными рифмами. Производит ли оно впечатление расслабленного и вялого? Устал я по свету шататься, Промозглым туманом дышать, В чужих зеркалах отражаться И женщин чужих целовать. Какое энергичное упругое четверостишье на четырех отглагольных рифмах! Значит, дело вовсе не в них. Теперь я не могу обойти стороной разговора о так называемом свободном стихе.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4