В урочный день и час на большой перемене я подошел к Витьке. Затаенное коварство не так-то просто скрыть неопытному мальчишке. Казалось бы, что тут такого: пригласить сверстника в лес жечь теплинку. Обычно уговариваешься об этом мимоходом, никакого волнения быть не может. На этот раз я волновался. Даже в горле стало сухо, отчего голос сделался глухой и вроде бы чей-то чужой. А руки пришлось спрятать в карманы, потому что они вдруг ни с того, ни с сего задрожали. Витька посмотрел на меня подозрительно. Его оттопыренные уши, над которыми нависали соломенные волосенки, покраснели. —<Да уж... Я знаю, ты драться начнешь. Отплачивать. — Что ты, я забыл давно! Просто пожгем теплинку. А то, если хочешь, палки будем обжигать, а потом разукрасим их. У меня ножичек острый, вчера кузнец наточил. Между тем положение мое осложнилось. Одно дело—нечаянно заманить в лес и там стукнуть по уху: небось, знает кошка, чье мясо съела, а другое дело — весь этот разговор. Если бы Витька отнекивался, отказывался, а потом нехотя пошел, было бы куда все проще. А то после моих слов он улыбнулся от уха до уха (рот у него такой, как раз от уха до уха) и радостно согласился: «Ну ладно, тогда пойдем». «Вот я тебе покажу «пойдем»,—думал я про себя. Пока шли до горы, я всю дорогу старался вспоминать, как он ни за что, ни про что ударил меня промежду лопаток, и как мне было больно, и как мне было обидно, и как я твердо решил ему отплатить. Я так все точно и живо вообразил, что спина опять заболела, как и тогда, а в горле опять остановился горький комок, и даже нижняя губа вроде бы начала подрагивать: значит, я накалился и готов к отмщению. На горе, где начались маленькие елочки, выпал удачный момент: как раз Витька, шедший впереди меня, наклонился, что- то рассматривая на земле, а ухо его словно бы еще больше оттопырилось, так и просило, чтобы я по нему стукнул что есть силы. — Смотри, смотри! —закричал Витька, показывая на круглую норку, уходящую в землю. Его глаза горели от возбуждения.—Шмель оттуда вылетел, я сам видел. Давай раскопаем, может быть, там меду полно. —• Надо вырезать острые лопаточки, а ими и копать землю, нож ты захватил? Живо мы вытесали себе по отличной лопаточке и стали рыть. Дерн тут был такой плотный, что мы сломали по одной лопа33
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4