В городе Винь в гостинице живет русская семья: специалист-энергетик и его жена. Сам он целыми днями пропадает на работе, жена читает. В коридоре стоит фанерный ящик, битком набитый русскими книгами и журналами. Я перекопал его до самого дна — где прочитаешь стихотворение, где пробежишь глазами критическую статейку, а кое-что отложил, чтобы взять номер и посмотреть на досуге. На самом дне обнаружились мои «Владимирские проселки» (изданные «Роман-газетой»), без обложки. Я решил схитрить и спросил у женщины, стоит ли мне читать эту книгу. Сознаюсь, я не видел риска, потому что было уж у меня около тысячи читательских писем с оценками, может быть даже и слишком лестными по отношению к этой повести. — Я перечитала весь ящик, — сказала женщина. — Вы знаете, нет ничего стоящего. — Ну эту-то книгу мне стоит читать? — Снова я показал ей «Проселки». — А что это у вас за книга? Ах, эта... Ужасная дрянь, я вам не советую. «Ну что, съел? Не будешь хитрить», — подумал я про себя. Значит, каждый писатель должен иметь в виду, что если его книга разошлась полумиллионным тиражом, то у каждого из пятисот тысяч экземпляров с момента выхода из типографии начинается своя непохожая судьба. Одному из них придется валяться без обложки в фанерном ящике в городе Винь, гораздо южнее тропика Рака. Другой экземпляр, может быть, поставят на полку. Третий дадут другу с советом обязательно прочитать. Писатель живет в Москбыло необыкновенно и волнующе. Тут я вспомнил чью-то мысль, что красивая архитектура красива и в руинах. Как последнего штриха, в заброшенной пагоде не хватало только кобры, которая выползла бы из руин. Но я, конечно, не очень пожалел об этом.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4