...я видел Джиоконду, Как победу, Как знамя бунта В лагере врагов. Я видел, как любимая спешила Туда, где жарче скрещены штыки, Как наглого британца задушила, Я видел, Где-то у ночной реки Она рубашку вшивую стирает, Дерется, Плачет, Падает, Опять Встает в ряды борцов, Не умирает. Не может умереть. Не может спать. Поэма относится к 1923—1929 годам. Полная революционного пафоса, эта фантастическая поэма, оказывается, написана о конкретном, живом человеке — поэте Си Я-у, больше известном в России под именем Эми Сяо. В Ханое я познакомился с одним китайцем. Дело в том, что в ресторане во время завтрака, обеда и ужина мне нужно было садиться всегда за один и тот же определенный столик, а чуть левее, тоже за отдельный столик, садился пожилой китаец, небольшого роста, худощавый, с тонкими черными усиками. Возраста его я определить не умел. Однажды я попросил его передать мне соус из сои (не оказалось графинчика на столе), и он по- русски предложил мне соус, приготовленный собственноручно из красного перца, соли, уксуса и масла. Я взял, конечно, и даже ел из деликатности, хотя есть его было никак нельзя. Было впечатление, что кладешь в рот не кусочек рыбы, окунутый в этот соус, а докрасна раскаленную небольшую железяку. Редко встречаешь в Ханое человека, говорящего по-русски, да к тому же китайца. Сначала мы обменивались репликами о погоде (всем жарко в Ханое), потом выяснилось, что в предстоящей поездке по Вьетнаму у нас будет один и тот же маршрут, и мы его всячески обсуждали. Наконец
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4