Чьи же могут быть люди? Конечно, наши, какая- нибудь делегация. Подхожу к ним, рассказывает Саша. Точно, наши. Некоторые из Москвы, большинство из среднеазиатских республик. Обрадовались русскому человеку, просят показать Ханой. — Ханой я вам покажу, но сначала ступайте в гостиницу, смените башмаки на легкую обувь, снимите эти костюмы, галстуки, рубашки с длинными рукавами... Вроде бы обрадованно, но с некоторым недоверием те спросили: — А разве можно? Выйдя на улицу Ханоя, вы тотчас попадаете в водоворот велосипедистов и велосипедисток. Они мчатся во всех направлениях с большой скоростью непрерывным потоком в течение всего дня. Только в самые тяжелые полуденные часы ослабевает движение на улицах, да вечером после десяти-одинна- дцати часов оно замирает совсем: идешь как бы по
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4