побывать и в Южном Вьетнаме. Понимаешь, что это значит! И хотя я отлично понимал, что все это утопия и полет фантазии, но в глубине души верилось: будь на моем месте Генрих, он-таки, вероятно, пробрался бы за семнадцатую параллель и сумел бы организовать вполне сенсационный материал из Южного Вьетнама. ...Известный фотокорреспондент Дмитрий Баль- терманц несколько ленивым голосом (от бесчисленных поездок по разным странам света) успокаивал насчет жары: — Жары не бойся! Жара страшна, если нужно работать. Ты ведь не будешь сажать рис под палящими лучами солнца? Или мостить дорогу? Или носить тяжести? Ну, значит, и нечего бояться жары. ...Павел Григорьевич Антокольский принял меня у себя дома. Со свойственной ему энергией, перескакивая с одного предмета на другой и быстро ходя по комнате и набивая при этом трубку, он говорил то о необходимости запастись карловарской солью, то о необходимости глубже заинтересоваться вьетнамской поэзией, то о лаковой живописи, то о блюдах, приготовленных из собаки, то о старинных пагодах, то о москитах, хватающих за щиколотки, как скоро ночью высунешь ноги из-под москитной сетки. — Ну что же жара? Я, правда, был там зимой, но я ни одного дня не страдал. Зато каждый день наслаждался. И красотой Ханоя, и древним искусством, и общением с людьми. Если же у меня начинало колоть в области сердца, то я шел в гостиницу и ложился на два или три часа. Советую вам делать так же. ...Мариан Ткачев, хорошо знающий вьетнамский язык и только недавно из Вьетнама возвратившийся, написал несколько рекомендательных писем, дал мне кучу книг вьетнамских писателей, переведенных на русский язык, и, что, пожалуй, самое главное, снабдил большой подробной картой. Карта была на вьетнамском языке и состояла из двух, не склеенных
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4