она весь рис, доставая из самых глубоких щелочек, набила им защечные мешки и сразу стала похожа на старичка. Ночью, когда все легли спать, она стонала особенно жалобно, так что уснуть было невозможно. Как это там сказано у поэта: Не могу, понимаете, спать, Если рядом страдает природа.., Близ Тхай-Нгуена, севернее Ханоя, развернулось и идет полным ходом строительство большого, первого в стране металлургического комбината. Когда обходили территорию строительства, глаз схватил общую картину: горы развороченной бульдозерами земли, склады кирпича, склады труб, склады рельсов. Всюду множество работающих людей, и все это на пространствах, которые сразу не окинешь взглядом. Командует развернутым строительством его начальник, бывший генерал Народной армии, товарищ Суан, моложавый, но совершенно седой человек. По схеме он показал нам, где будут доменные печи, где мартены, где прокатный цех, где литье труб, где дорога на рудник. В его глазах все это как бы уже есть. За глыбами развороченной земли он видит пылающие огнем мартены. Строительство будет стоить республике двести миллионов донгов — цифра огромная. Но уже не встает вопрос, который задавал кое- кто у нас в стране в начале тридцатых годов: «Может, лучше было бы бросить эти двести миллионов на непосредственные повседневные нужды народа: на мыло, на ситец, на бензопомпы для качания воды, на сахаришко?..» История давно и убедительно рассудила этот спор. Строительство металлургического комбината все в республике называют Вьетнамской Магниткой. С исторической точки зрения, он и правда похож на
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4