сильной облачности и частых гроз этот сезон очень тяжело переносится европейцами». Люди, далекие от науки, такие, как кинооператор Роман Кармен, польский журналист Войцех Жукров- ский или поэт Павел Антокольский, не пытались в своих книгах анализировать климат Вьетнама с точки зрения иранского минимума и экваториальной депрессии, они просто награждали жару эпитетами: изнуряющая, удушающая, расплавляющая мозги и т. д. Антокольский высказал даже нечто вроде желания, вызванного тамошними обстоятельствами: «И опять, и опять тяжелая, одуряющая влажность, в условиях которой, наверно, было бы полезно вместо легких нарастить себе жабры» *. После всего прочитанного мне представлялось, как с мая по октябрь беспрерывно на землю Вьетнама водопадом льется вода тропических ливней и как она быстро превращается в пар, клубящийся над землей. — Вы отдаете стирать рубашку, — говорили мне сведущие люди, — а ее вам не приносят две недели. В чем дело? Оказывается, невозможно высушить. В чемодане у вас начинает плесневеть белье. В фотоаппарате с пленки сползает расплавившаяся и отсыревшая эмульсия... Вот так-то!.. Хорошо еще, что я обожаю всякий дождь, какой бы он ни был и где бы ни шел, и давно мечтал попасть именно под тропический ливень, а то легко можно было бы испугаться и, как говорит один мой приятель, «потихонечку отработать задний ход». Чтение ученых книг не прошло бесследно. Оно толкнуло меня на собственную экспериментальную исследовательскую деятельность. Вынув из аквариума градусник, я обмыл его, за *П. Антокольский, Сила Вьетнама. Издательство «Советский писатель», 1960.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4