горшка топленой сметаны. Всегда я вижу этих своих дружков, торопливо, жадно на ходу уминающих холодную картошку (потому что опоздали к завтраку или к обеду) и спешащих с нетерпением к осуществлению очередного интересного предприятия. Но возраст брал свое. Постепенно мы пристрастились к чтению. То есть я-то читал почти с младенчества, и, значит, поговорка «с кем поведешься, от того и наберешься», как и все на свете, имеет две стороны. Началось с того, что я, прочитав «Трех мушкетеров» и живя в мире благородных дуэлей, шпаг и золотых подвязок, решил было приобщить к дуэлям и шпагам Гру- бовых мальчишек. Постукаться крест-накрест палками они были не прочь, но общего языка у нас не получалось. — Ты кто?! — кричал я разгоряченно, налетая со шпагой на Бошку,— Говори, ты кто? Бошка молчал в растерянности. — Дурак, надо при дуэлях называть свое имя! Я герцог Орлеанский, а ты кто? И, видя его затруднение, уже не тоном игры, а шепотом умолял: — Ну, придумай себе какое-нибудь имя, скажи! — А я Синицын!—вдруг выпаливал Бошка, сообразив, в чем дело, и бросался со шпагой на меня. Согласитесь, не пристало герцогу Орлеанскому драться на дуэли с каким-то там Синицыным, и игра расклеивалась, Тогда я уговорил Вальку прочитать «Трех мушкетеров», а он, прочитав, уговорил братьев. Но должен сказать, что они как-то не вжились в совершенно чуждый воображению, недосягаемый мир. А может быть, повлияло и то, что вслед за Дюма нам попал в руки Фурманов. Чапаева мы знали по кино, и после того, что каждый кадр, каждый жест Петьки ли, самого ли Василия Ивановича был нами изучен и отрепетирован, прочитать книгу было нам не под силу: она казалась бледнее и скучнее фильма. Но что мы прочитали с упоением и вскоре выучили наизусть, так это «Красный десант». Там было все, что нам нужно. И длительное тихое подкрадывание, и распределение сил, и стремительный и неожиданный бросок, и горячий бой, очерченный писателем подробно, просто и ярко, так что в глазах у нас так и стояла схема боя, и, наконец, победа. Роли были 459
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4