Поодаль стоял «Москвич» без шашечек. Я подошел и спросил у его водителя, молодого грузина, надо бы, дескать, доехать до Лидзавы. — Ваши деньги! — коротко и ясно ответил водитель, сверкая белозубой улыбкой и перевел рычаг скоростей. По дороге попадались то великолепная кипарисовая аллея, такая плотная и высокая, что в ней полутемно и в южный полдень, то нежная бамбуковая рощица, то эвкалипты — эти вечно шелушащиеся, вечно омолаживающиеся деревья. Но мы меньше смотрели по сторонам, а больше были озабочены предстоящим устройством самих себя в деревне Лидзаве. Вдруг получится, как с такси, что тогда делать? План, нарисованный моим другом, был точен. Обойдя неистово пышный куст какого-то неведомого нам растения, мы протиснулись в трудно отворяемую калитку и долго еще шли по тропинке среди деревьев, мимо точно такого же и в той же строительной стадии особняка, что и в Афоне, пока, наконец, не увидели небольшой мазаной хаты. Средних лет, худощавая женщина, одетая бедновато, встретила нас. — Не вы ли будете Надежда Васильевна? — Я. — Значит, мы к вам. Так и так, что хотите делайте, куда хотите девайте, обратно в Москву не поедем. — Пожалуйста, но с завтрашнего дня. Завтра утром освободятся две комнаты. А вы как будете жить, с питанием или без питания? У меня все больше с питанием живут. — Мы бы рады... Что касается предстоящей ночи, Надежда Васильевна посоветовала: — Идите-ка вы на турбазу, найдете там Тамару Ивановну, она вас устроит. У них тоже по семи рублей тариф. Тамара Ивановна приняла нас приветливо. Тут же девушка в белом халатике, захватив стопки свежих простыней, повела нас распределять по палаткам. С чувством некоторой отчужденности и неловкости прошли мы, «дикари», случайные люди на территории 23
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4