Башни, не поруганной никем. У ворот, где вспыхивала сеча, Девочка играет в холодке. Пусть ворота крепости открыты, Не сшибут игрунью на песок Ни турецкой лошади копыто, Ни германца кованый сапог. Девочка. Не ради ли нее-то Умирали воины от ран — И суровый воин Кастриота И Энвера Ходжи партизан. Будет жить спокойно и счастливо Год за годом и за веком век Город, утопающий в оливах, Город, где родился Скандербег. До солнечного заката оставалось несколько часов, и мы решили сделать небольшой круг, осмотреть бывший летний дворец бывшего короля Зогу. Подплывая к Албании, путешественник прежде всего видит этот дворец, построенный на верхушке высокого холма. Еще на «Трансильвании» мечтали мы забраться на холм, и вот теперь нам представилась возможность сделать это. Строго говоря, мы на него не взобрались, а заехали на автомобиле, потому что ко дворцу ведет отличная асфальтовая дорога — король не любил ходить пешком. На склонах растут приземистые, коренастые оливы. Наверху большая асфальтированная площадка, обнесенная красивым каменным барьером. Около барьера — олеандры, в середине площадки — сам дворец. Порт Дуррес отсюда виден как на ладони. На три стороны от холма раскинулась Адриатика. Я не знаю, где обрывается взгляд. Может быть, за сто километров в морской дали. Он и не обрывается, а просто сходит на нет, тонет в лазури. Море спокойное, голубое, матовое. И лишь отдельные участки его искрятся, сверкают, кажутся глянцевыми. Дворец красив. Жаль, что нельзя было снять его: вблизи не укладывается кадр, а отойти невозможно — обрыв. Романыч снимал с высоты город Дуррес, мы с Зеей слонялись вокруг 178
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4