Как шмель, гудит веретено У старой бабки Василисы. В скрипучей люльке впереди Ребенка девочка качает. — Ну, что же, Паша, заводи, Авось, на сердце полегчает. Мы подпоем, была б запевка... И поднялась тогда она, Во всех окрестностях одна Еще не сватанная девка. Еще не слали сватов к ней, Но быть и ей покорной бабой, Хотя осанкою своей Она царицей быть могла бы! Она, пожалуй, и была Среди подруг такой царицей, Как говорится, всем взяла: Косить ли, жать ли, веселиться ль. Ее родила дочь России Среди июльской знойной ржи. В ее глазах, как небо, синих Ржаное золото дрожит. Парням усатым и безусым Ласкать еще не довелось Ее тяжелых, темно-русых, На грудь рассыпанных волос. И было ей семнадцать лет, Еще не ведавшей кручины. Мети, пурга, дорожный след, Гори, трескучая лучина. Со скрипом люльку впереди Качает девочка, качает. — Ну, что же, Паша, заводи, Авось, на сердце полегчает.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4