И вспомнил он, что жизнь прошла, И что, наверно, умерла Его невеста. Что давно Вокруг и пусто и темно. Что кудри цвета спелой ржи, И все, чем он не дорожил, Что все пропало без следа, Что голова его седа... И понял он, и понял он, На что был жизнью обречен. Что нет уже путей назад, Пока глядят его глаза. И начал он в останный раз Дробить, гранить, светлить алмаз. И год прошел и больше двух. Вдруг по селу пронесся слух, Добился мастер своего, И ожил камень у него. Пришли — открыли дверь — темно. В избе нетоплено давно. Висят сосульки с потолка. Лежит старик. У старика В руке остывшей, возле глаз, Зажат оконченный алмаз, Какой невидан ни в селе, Ни по окрестной всей земле, Ни по заморским сторонам... Какой для сказки нужен нам! Когда упал он из руки На доски старого стола, С реки порхнули ветерки, И зорька вспыхнула светла,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4