ние заготовительных цен, государственные ссуды, введение планирования снизу, авансирование колхозников деньгами, — все эти условия являются объективными, равнодействующими для всех колхозов страны. Но колхозы разные. Можно равномерно полить пересохшую грядку живительной влагой. Все же растения посильнее отудобят в первую очередь, растения послабее дольше не наберутся сил, им труднее будет перейти к росту и расцвету. Колхоз в Жарах и есть такое очень слабое растение. Может быть, для таких колхозов нужны еще и другие радикальные меры. Напрашивался и еще один вывод. Вовремя, очень вовремя были приняты меры по подъему сельского хозяйства! ...Тетя Домаша обмолвилась словом, что Жары славились своими горшками. И тут я вспомнил, как, бывало, отец приезжал с базара и расставлял на лавке горшки. Они были легкие, звонкие, в них виднелись остатки соломы. От огромного (на всю семью щи варить) до копеечного — на детскую кашку, они стояли рядком, такие чистые, такие вроде бы хрупкие, что не только в печку сажать, а ив руки взять боязно. «Чьи горшки-то?» — спрашивала мать. «Жарин- ские...» — Есть тут один старичок, который все помнит. У него председатель колхоза на квартире стоит, — пояснила нам тетя Домаша. Двинувшись вдоль села, мы зашли в магазин и увидели старика такого старомодного, что хоть картину пиши. Бодрый, с белой небольшой бородкой, в высоком картузе с лаковым козырьком, в темной рубахе, перепоясанной крученым поясочком (только бы еще гребешок к пояску), он покупал соленую треску, брезгливо поворачивая ее за хвост то на ту, то на другую сторону. Таким я всегда представлял себе деда Каширина. Мы почти не сомневались, что это и есть дедушка Антон, «который все знает», но все же спросили: 58
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4