стил плуги и на предельной скорости поехал вдоль фронта огня, стремясь отрезать его и не пустить дальше. Девушки видели еще издали, как пламя наткнулось на черную полосу земли, перескочило через нее и захлестнуло трактор. Мотор мгновенно заглох. Тракторист и Гриша Пятилеткин, обжигаясь и задыхаясь в дыму, стали кидать в трактор комья земли, пытаясь сбить пламя. Но Василий Арсентьевич Горбаченко отозвал Гришу Пятилеткина. — Давай в третью бригаду. Пусть как можно быстрее едут сюда. «Газик» умчался. Бурное остался у трактора один. Между тем пожар надвигался на стога, и в это время подбежали к нему девушки. Пламя до метра высотой, раздуваемое ветром, мчалось по траве, и та мгновенно сгорала, потрескивая. Думать было некогда. С кофточками в руках, с платками, с пучками травы, со спецовками девушки вступили в единоборство с огнем. И там, где они боролись, пламя стало продвигаться медленнее, чем на флангах, так что стога оказывались как бы в мешке. Все же, хотя и медленно, девушки были вынуждены отходить, подвигаясь все ближе и ближе к стогам. При сильном порыве ветра пламя продвигалось вперед большими бросками. И когда до запасов сена оставались десятки метров, из-за сопки показалась колонна тракторов третьей бригады. Тракторы шли на предельной скорости. Вел их на своем «газике» шофер Гриша Пятилеткин. Сходу опу
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4