этой зимы каждый ответил бы: известно что — земля. Теперь это слово слишком общо, и не его услышишь в ответ. — Что под снегом? — спросил я у колхозника. Он не спеша повернул ко мне голову в лисьем малахае. — Целина. ЖИЗНЬ МЕНЯЕТ РИТМ Неторопливой, размеренной жизнью жили степные районы. Пассажиры в поездах все больше транзитные. Выйдет пассажир на перрон, прочитает название станции: Жаксы или Перекатная, купит у предприимчивой хозяйки пару крутых яиц, а потом в большом городе и не вспомнит про несколько полу- занесенных снегом домиков, а и вспомнит, не захочется туда пассажиру. В районных гостиницах — простор. Разве совещание какое в райкоме или сессия райсовета, ну, тогда оживает гостиница. А того, чтобы в городке Атбасаре появились вдруг гидрогеологи, почвоведы, инженеры-строители, кинорежиссеры, художники и люди десятков других профессий, не помнит того Атбасар за все сто двенадцать лет своего существования. И вдруг за каких-нибудь три дня изменился ритм жизни. Так бывает, если к тихому, глухому городку приближается линия фронта. Взять хоть бы межсовхозную экспедицию. Помещается она на самом краю города, и не каждый из атбасарцев знал о ее существо
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4