руку из кабины и, когда о ладонь ударила крупная дождина, крикнул прицепщику: — Дождь! Парторг Галим Ахмедьяров остановил машину, откинул дверцу и, выйдя, подставил лицо под холодные капли. Дождь! Все были рады ему, и все боялись, что он кончится, не разойдясь, не промочив землю хотя бы на несколько сантиметров. Спустился вечер, а дождь все шел и шел. В вагончике директора собрались активисты совхоза. Собрание вел парторг Галим Ахмедьяров. Сначала обсуждали проект соцдоговора. Все пункты проходили без возражений. Да, нужно обеспечить подъем целины на площади в двадцать тысяч гектаров. Да, нужно закончить вспашку паров к 15 августа, а зяби — к 1 сентября. Но когда дошли до пункта «получить зерна с гектара.. .», Николай Максимович сделал поправку. — Тут у нас написано по сто пудов, но вот пошел дождь, и мы смело можем увеличить эту цифру до ста десяти. Кроме того, благодаря этому дождю мы успеем посеять просо. Потом речь шла о садово-ягодном питомнике на одном гектаре. Бригадир второй бригады Кизима возразил, не мала ли площадь. Но решили, что на первый раз в виде опыта хватит. Кизима вообще вел себя на этом собрании активнее обычного. Так, когда предложили вызвать на соревнование соседний совхоз имени Островского, он спрс-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4