тракторы и бензобаки. Несколько человек в новеньких еще стеганках возились над сборкой сеялки, очевидно последней. Другие сеялки стояли в стороне, рядом с готовыми пятикорпусными плугами. Бригадир Кизима пошел навстречу директору, обтирая руки крупнозернистым, набухшим водой, снегом. Директор сухо поздоровался с бригадиром, и тот знал почему. Вчера вечером Кизима выпил лишнего и ходил по селу, крича: «Кто говорит, что Кизима пьяница? Мы себя в борозде покажем!» — Угостились? — спросил его директор.— Еще один раз напьетесь — освобожу от должности. — Да я что же, Николай Максимович... Самую малость вчера, и то не сам, угостили. Работы мы не боимся. Сеялки готовы, плуги тоже. Дело за погодой. И видя, что директор не ругает, обрадованно заговорил: — Мое слово — пора палатки ставить. Лучше в своих палатках жить, чем колхозников в хатах стеснять. Директор знал, что это лучше. В палатках люди будут все вместе, все друг у друга на виду. Не как теперь, в трех деревнях по два человека в хате. Да ведь как поедешь в степь, если там где снег, а где грязь. Между тем сборка сеялки кончилась, н люди окружили директора. — Сопка Кос-Карган обсохла. Вполне можно палатки ставить,— говорили они.— Пока обживем — и пахать начинать. Стоско
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4