новоселы кинулись на штурм сугробов. Через какие-нибудь полчаса многие поскиды- вали пальто и работали в одних пиджаках, а круглолицый русый паренек Сережа Бутузов сбросил и пиджак, оставшись в яркоклетчатой ковбойке с молнией. Не обошлось и без того, чтобы ловко брошенная глыба снега не угодила соседу на голову и чтобы тот, в свою очередь, не отплатил обидчику тем же. Наконец докопались до двери. Тогда, потрясая поднятыми вверх лопатами, прокричали «ура», но оказалось, что кричать рано: за дверью самой бани тоже был снег до потолка, и его нужно было выкидывать. Когда баня была очищена от снега, в нее вкатили три большие железные бочки и затопили печь. Помещение стало оттаивать, и появился пар. Он был такой густой, что в двух шагах не увидишь человека, но было в бане все еще холодно, и не верилось, что когда-нибудь будет тепло. Снегом набивали котел, снег таял, и его подкладывали снова. В общем, славная получилась баня. Приятно и легко было выйти из жаркого помещения в сумеречную степную зиму, под морозные зеленые звезды. В самые трудные часы, когда откидывали снег и выбрасывали его из бани, Ермоленко — организатор этого дела — действовал так: пошумит, увлечет за собой ребят и незаметно отойдет в сторонку, как бы пот со лба вытирать, да так и стоит, смотрит на
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4