А состав породы между тем оставался прежним. Уже достигли глубины триста метров, но и там была руда. .. По шатким деревянным лестницам, укрепленным на тросах, мы начали спускаться с уступа на уступ. На каждом уступе когда-то кипела жизнь, долбили камень бурильщики, поджигали фитили взрывники, водили поезда машинисты. Теперь жизнь ушла глубже. Идти приходилось по острым каменьям, серым, невзрачным, как бы обсыпанным мукой. Вдруг мне попался камешек с мелкими золотистыми блестками. Я жадно схватил его: так вот она какая, медная руда! Ахат Сулейманович засмеялся. — Это и есть плавный враг медеплавильщиков — пирит, соединение серы и железа. А хорошая руда — вот она,— и парторг повел рукой, показывая на серые камни, по которым мы шли.— Это все руда. — Но в камнях нет ни блесточки, как же так? — Не все то золото, что блестит. Пылинки меди рассеяны в камне невидимо для глаза. Ее в этой руде не более одного процента. Только окисляясь, медь выдает себя. Камни становятся зелеными, фиолетовыми. .. В это время мы проходили мимо группы рабочих. Вставив в землю большую жестяную воронку, они из коричневых бумажных мешков деловито сыпали туда желтый поро
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4