жутко в тундре непривычному человеку. Жутко и торжественно. Зато раздолье зверю. Свободно бежит он от холмика к холмику. Такая уж у него повадка — двигаться по ориентирам. Белая шубка песца под луной кажется то голубой, то зеленоватой. Вот он привстал, грациозно приподняв переднюю лапку. До его голодного обоняния донесся резкий вкусный запах. Придется сделать крюк, свернуть с дороги. И когда лакомый кусок уже близко — нужно только раскопать снег,— происходит непонятное. Снег летит вверх, лязгает железо, страшная боль пронизывает лапу. Быть зверю воротником! Заботливый охотник придет на другой же день. Ударит по черной пуговке носа деревянной лопаточкой, бросит тушку на нарты. Нерадивый найдет в капкане или только лапку, отгрызанную самим же песцом, или одни косточки. Собратья ли песца опередили охотника, волки ли — безмолвная полярная ночь хранит тайну маленькой трагедии. В первый год промысла не везло Алексею Хатанзейскому. Участок он выбрал не около моря, как все, а километрах в семидесяти от побережья. Расчет, казалось бы, правильный. Бывают годы, когда песец идет по берегу, бывают годы — по тундре. И в том и в другом случае он должен захватить участок Алеши. Первый сезон не оправдал этих
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4