Она вышла из здания вместе с нами. А прощаясь, еще раз сказала, чтобы мы не стеснялись в просьбах, что нам будет оказана любая помощь. Наш новый товарищ Зея решил не терять времени даром. — Хотите прогуляться по окрестностям Тираны? Мы очень устали за день, но отказаться было неудобно. Солнце уже коснулось отдаленного гребня гор, заросшего лесом. Начало смеркаться. Машина то и деле перегоняла живописные группы крестьян, возвращающихся с базара. Вот проехала двуколка, в которой могло бы поместиться пять человек, а поместилось пятнадцать. Все больше девушки. Чему-то громко смеются. Вот на ослике возвращается пожилой крестьянин с коричневым, как бы глиняным, лицом и с длинными седыми усами, желтыми от трубки. Другой крестьянин ведет лошадь в поводу. Мы только по копытам могли догадаться, что это лошадь, ибо на нее наперевес взвалены две горы тростника, под которыми скроешь не только лошадь, но и слона. Многие возвращаются пешком. Здесь мы впервые увидели картинку, которую потом встречали на всех дорогах Албании: женщина несет на голове узел, а в руках у нее веретено. Она идет и прядет шерсть. Мы доехали до моста через реку и решили повернуть обратно. На высокой горе виднелись развалины старинной крепости. — Там Скандербег сражался с турками, — пояснил нам Зея. У моста большая бетонированная будка, с бойницами во все стороны, итальянской работы. — Тонки стенки, — сказали мы, осматривая будку. — Пушка расшибет сразу. — Да, пушка расшибет, — согласился Зея, — но это делалось против населения, у которого не было пушек, против наших партизан.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4