Во-первых, увеличился и без того длинный список завоевателей, приведенный путешественником. Дуррес оккупировали сначала итальянцы, потом немцы. То и дело приходили сюда военные и транспортные корабли. Высаживались войска, выкатывались из трюмов пушки, гремя гусеницами, своим ходом сползали танки. Ящики с карабинами, снарядами, гранатами, патрона ми загромождали опутанный колючкой порт. Немцы поступили еще проще. Они выгнали из города все население до последнего человека и хозяйничали там, как хотели. Но, пополнив список, и эти горе-завоевате- "ли убрались восвояси, подобно всем своим предшественникам. Казалось бы, опять должна замереть жизнь в городе. Вместо этого он расцвел. Впервые в Дурресе загремели гусеницы не танков, а тракторов, не пушки, а комбайны, сеялки, плуги, ткацкие станки, оборудование для сахарного завода, турбогенераторы стали прибывать в порт. Из Румынии, из Болгарии, из Венгрии, из Чехословакии, из Советского Союза идут в Албанию изделия легкой промышленности, хлеб и все, чего не хватает молодой республике. Здесь же погружается то, чем торгует Албания: битум, хромовая руда, цитрусы, маслины. Специалисты разных профессий едут сюда из стран демократического лагеря. Здесь, в Дурресе, садятся на пароходы албанские студенты, чтобы ехать учиться в Москву, Ленинград, Свердловск, Прагу, Бухарест, Софию и даже в далекий Пекин. Здесь, в Дурресе, начинается албанская морская дорога дружбы и не толь ко дружбы — жизни. Все связи Албании с внешним миром осуществляются главным образом через этот порт. Вот почему нам пришлось бросить якорь и встать на рейде. Не было свободных причалов в Дурресе. Мы должны были дожидаться, когда из порта выйдет советский пароход «Ногин». Город расположен в заливе, окруженном невысокими зелеными горами. Беленькие домики рассыпались по склону горы, образуя амфитеатр. Слева — высокий холм, куда городские дома не смели и подступиться Только один дворец стоит на вершине. Это бывшая летняя резиденция бывшего короля Зогу. Внизу, так
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4