А сердце будто сжал кто сильной рукой и не отпускает. Вот какую я видел красоту! Никогда не сравню с этой, — и рассказчик кивнул в сторону, где был закат. Но небо успело погаснуть. На месте недавних красивых облаков в сумерках мигал далекий маяк, какой- то еще один греческий остров, сухой и каменистый, находился там. Наша первая тема «Дорога дружбы» складывалась удачно. Иначе не могло и быть, потому что нам не пришлось ничего придумывать, изобретать и, как говорят, «высасывать из пальца». Нужно было только подмечать, записывать и фотографировать. В Констанце и Варне мы видели погрузку румынских и болгарских товаров для Албании. На борту «Трансильвании» находились советские специалисты. Они ехали помогать молодой республике налаживать новое хозяйство. Дружественное корейское посольство совершало последний этап длинного путешествия от Пхеньяна до Тираны. Внимание пассажиров привлекал резвый, полненький мальчонка. Ему было годика два. Ни минуты не сидел он на месте: бегал по салону и все норовил спрятаться от матери, молодой албанки. — Вы не поверите, — сказал нам за обедом профессор Хорошавин, — что этот мальчик еще два месяца назад не мог двинуть ни рукой, ни ногой. У него был детский паралич. — Что вы говорите? — воскликнули мы в один голос, переглянувшись. — А в Москву его зачем возили? — Лечить. Вы поговорите с матерью, она немного знает по-русски. Мать мальчика, Валентина Штюла, действительно знала по-русски. Она сказала нам, что сына зовут Бес- ник, что находился он близ Калуги в детском санатории, что лечила его врач Нина Михайловна. «Самыми первыми я научу его произносить два слова: «Нина Михайловна». И чтобы он всю жизнь помнил имя своей спасительницы». Трогательная история эта как нельзя лучше ложи-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4