Осенью 1973 года я посетил Домик Лермонтова в Пятигорске и мое внимание привлек неизвестный мне портрет Одоевского, исполненный в Пятигорске. Не тот ли это портрет, о котором с таким огорчением писан Огарев? Под влиянием встреч с Одоевским, Огарев написал несколько стихов и послал их Одоевскому. Хотя стихи Огарев писал и раньше, но очень волновался, ожидая суда такого большого поэта. Через два часа Огарев сам пошел к Одоевскому в гостиницу. Он стоял среди комнаты, мои стихи лежали перед ним на стуле. Он посмотрел на меня с глубоким, добрым участием и раскрыл объятия: я бросился к нему на шею и заплакал как ребенок" . После Огарев писал, что он нисколько не стыдился этих слез. "В эту минуту я слшлсом любил его и всех, слишком чисто был предан общему делу... Дело было не в моих стихах, а в отношении к начавшему, к распятому поколению - поколению, принявшему завет и продолжающего задачу". С этой минуты мы стали близки друг другу. Он - как учитель, я -как ученик". В августе 1838 года Огаревы переехали в Железноводск. За ними туда же перебрались Сатин и Одоевский. В мирной железно- водской жизни с постоянными встречами друзей и прогулками по дикой лесной долине, лежащей между горами Бештау, Железной и Змеиной, Огареву запомнилась одна ночь. I) Н.П.Огарев. Избранные произведения в двух томах. М.,1956, т.2, стр.385.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4