Как о заветной мечте пишут учителя об их желании иметь хотя бы небольшие уездные музеи, где можно было бы сосредоточить учебные пособия, образцы мебели, краеведческие материалы. Не лучше обстояло дело и с книгами для чтения. 148 земских и 180 церковных школ совсем не имели библиотек. Книг для внеклассного чтения почти не издавалось. А если что и издавалось, то носило религиозно-нравственный характер, скучный для детей. Книги Ушинского «Родное Слово», «Детский мир», Водовозова, Буланова, Тихомирова «Великие всходы», Л. Н. Толстого встречались редко в школах. В церковных школах этих книг совершенно не было. Здесь детей учили по учебникам Миткевича, Афинского, Попова, Родонежского. Вот разделы книги последнего автора: «Святая земля», «Святое право», «Славная Русь», «статьи, читаемые в Страстную седьмицу», «Из жизни и природы». Это повествование открывается притчей о том, как к купцу приходят 20 мальчиков наниматься в работники. Купец выбрал одного, в котором заметил следующие качества: набожность, почтительность, доброту, рассудительность, опрятность и любовь к порядку. Такими качествами, по замыслу автора статьи, должен обладать каждый человек. Вот кредо автора учебника. Большее распространение в школе имела книга для чтения «Наше родное». Вот её содержание: Статей духовно-нравственных 29 Статей о достопримечательностях святых мест 15 Из истории России 73 О жителях России 12 О «мире божьем» 12 Рассказы, басни, стихотворения 47 И таких книг, рассчитанных на «оболванивание» подрастающего поколения, не хватало на всех учащихся. Купить их для крестьянства было дорого да и негде. Одной книгой пользовались 3—5 учеников. Школьная мебель. Если в строительстве школ к концу XIX века сложился какой-то порядок: появились проекты, особенно начальных школ, расчетные нормы освещенности, кубатуры, определялся комплект необходимых для занятий помещений и т. д., то в оборудовании школ существовала полная неразбериха. Долгое время никаких санитарно-гигиенических требований к школьной мебели не было. Только в предреволюционные годы в школах стали появляться парты системы Эрисмана, Кунца, Генца, а больше всего имелось парт неизвестно каких систем, длиной до 4-х метров, на которых сидело по 4—б учащихся. Один земский статистик высчитал даже среднее количество учеников на парту: от 2,5 до 4,5. В 1962 году такие четырехместные парты автор этой книги встретил в Гавриловской школе,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4