жизни преследовали одну цель: воспитать детей религиозными, верными слугами царского самодержавия. С этой целью использовались всякие средства. Учебный день в гимназии начинался и кончался молитвой. Иконы висели в зале и во всех классах гимназии. При гимназии была церковь, которую были обязаны посещать пансионеры, т. е. ученики, учившиеся в пансионе при гимназии. Закон божий изучался во всех классах гимназии и считался ведущим предметом. На экзамены на аттестат зрелости по закону божьему приезжал архиерей. В 1913 году во Владимир приезжал царь Николай II. Его приезд широко использовался для «поднятия патриотизма» молодежи. Гимназистов заставляли приветствовать царя, выражать ему свои верноподданические чувства. Преподавание всех предметов в гимназии носило печать сухого формализма. Все предметы преподавались сухо и отвлеченно, без связи с практическими задачами. Учебники были написаны сухим языком, мало понятным для учащихся. Для творческой инициативы, для творческой самодеятельности в классе не было отведено места. Для поддержания дисциплины в гимназии была разработана система наказаний учащихся. Учитель был наделен большими правами и имел большую власть над учеником. Ученик практически был беззащитен перед учителем. Оспаривать поставленную учителем отметку не было возможности (к сожалению, не редки были случаи, когда учитель злоупотреблял своим правом и с помощью отметок вымещал свою злобу на ученика). К нарушителям дисциплины применялись различные наказания: замечание, выговор, запись в кондуит, карцер, снижение балла по поведению. Наступил 1917 год. Великие исторические события этого года нашли свой отклик в мужской гимназии. Бывший воспитанник гимназии полковник Советской Армии Н. А. Орлов вспоминает: «В январе 1917 года у дома губернатора собралась большая толпа женщин. Они требовали хлеба. Женщины были разогнаны полицией. Наблюдавшие эту сцену гимназисты были возмущены действиями полиции. В нашем классе учился Крейтон, сын владимирского губернатора. Он был сильно возбужден и крикнул на весь класс: «Всю эту сволочь надо перевешать». Гимназисты объявили ему бойкот. С ним перестали разговаривать, от него все отвернулись. Очутившись в полной изоляции, он ушел из гимназии и больше не появлялся». Другой воспитанник гимназии, заслуженный врач РСФСР А. Я. Ревякин вспоминает: «В первые дни Февральской революции приехала из Москвы группа революционно настроенных студентов. Собрали нас в актовом зале. Учителя смущенно стоят 47
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4