Не был одобрен Дмитриевским и музыкальный класс, который вел бесплатно один любитель музыки (Фрейденер), дети которого учились в гимназии. Созданный им же оркестр вскоре прекратил свое существование. Зато директор был душой нравственно литературных бесед, носящих ярко выраженный религиозный характер. Темами бесед были: «Богу — правда», «Мысли при чтении псалма «Имущему везде дано будет» и т. д. Он разработал целую инструкцию и тематику этих бесед, возложив ответственность за их проведение на учителя словесности. Была введена система взаимного наблюдения учеников друг за другом, т. е. узаконены слежка и шпионаж. Один или несколько учеников в классе стали считаться старшими, в их обязанности входил доклад директору о всех происшествиях, случившихся в классе, а также об образе мыслей учеников. Директор эту меру мотивировал тем, что института классных надзирателей еще не существовало. Такие же функции «доглядать и доносить» выполнял и каждый дежурный учитель. Классные надзиратели были введены только в 1829 году. Несмотря на то, что телесные наказания Уставами от 1786 и 1854 годов были официально отменены, в гимназии руководствовались правилами, введенными Дмитриевским: «Кто не будет исполнять сего приказа, тот будет исключен, а кто станет марать стены или писать на них, будет высечен розгами и выгнан вон. Такому же подвергнется наказанию и тот, кто о сих шалостях будет знать и молчать». Ученики плохо посещали гимназию. Учитель французского языка гимназии пишет, что его уроки пропустили 836 раз, т. е. по 20 уроков каждый ученик. Ученик Певницкий за 4 года ни разу не посетил уроки математики. 20 учеников были исключены из гимназии «за систематическое нехождение в класс». Многочисленные документы, имеющиеся в делах гимназии, свидетельствуют о том, что дисциплина учащихся в ней была такова, что заставляла учителей и дирекцию думать о мерах ее значительного улучшения. Совет гимназии на каждом заседании обсуждал поведение учащихся. Были введены карцер (сидение в течение 3—4 часов в особой запертой комнате), содержание «на хлебе и квасе» в течение одних суток. В 1837 году вводится наказание розгами. Ученики Глебов и Григорьев были «пороты за учиненную при входе в класс драку». Наказывали за леность, за хищение у товарищей вещей — явление весьма распространенное среди гимназистов. Ученик Степутин наказывается за то, что бросил в законоучителя Смирнова ком свернутой бумаги. Исключение из гимназии носило массовый характер. С 1865 по 1871 год было исключено за неуспеваемость и проступки 95 учащихся. Это очень много для гимназии тех лет. До 40—50 годов прошлого столетия определнием меры наказания провинившихся учащихся занимался совет, но затем вводится балл за поведение, право снижать который предостав28
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4