нией. В 1886 г. он проехал через нее, направляясь в томскую ссылку за участие в революционном движении. Неграмотным было не только с. Чаадаево, но и весь Муромский уезд. В 1897 году грамотных было всего 19%, в школе училась только одна пятая часть детей школьного возраста. В 70 годах прошлого столетия на 9 селений приходилась всего одна двухлетняя школа. В 1865 г. в селе Чаадаево проживало 1544 человека, а в школу ходило только 12 ребят. Неприглядную картину состояния народного образования в Муромском уезде ярко показал наш земляк, крупнейший советский ученый-геолог, академик Иван Михайлович Губкин. Он родился в 1871 году в селе Поздняково, Муромского уезда, в семье бедного крестьянина. Жизненный путь Губкина — это яркое свидетельство того, как в царской России талантам из народа было трудно пробить дорогу к вершинам науки. Ценой громадных трудов и материальных лишений он получил среднее и высшее образование. В своей книге «Моя молодость» И. М. Губкин подробно рассказал о тяжелых годах своей учебы. Девятилетнего Губкина отдали учиться в сельскую школу, где он поражал учителей блестящими способностями и примерным прилежанием к учению, несмотря на лишения. «Помню, как в восьмидесятых годах прошлого столетия мы с двоюродным братом, другом детства, Алексеем Наумовым, шлепая босыми ногами по деревенской грязи, мечтали вслух о том, как вот мы, ученики сельской школы, будем учиться дальше, сперва в уездной школе, а там, глядишь, и в школе, откуда выходят «образованные люди». Но эти мальчишеские мечты для деревенского подростка тогда были только «заманчивой фантазией, утопией, несбыточной сказкой». «Уже одно то, что мы с Алексеем попали в сельскую школу, казалось нам неизъяснимым блаженством. Я попал в школу благодаря настоянию бабушки, Федосьи Никифоровны, неграмотной, но умной и энергичной старухи. Она хотела, чтобы хоть один ее внук был грамотным. Кстати, замечу, что у моей бабушки было 65 внуков. Помню, сельский учитель Николай Флегонтович Сперанский разбудил во мне огромную любознательность. Я с ужасом думал; «Что будет, если мне не удастся учиться?» В сельской школе я занимался с таким рвением, что к моменту ее окончания помогал уже учителю обучать самых маленьких. Несколько лет тому назад я получил письмо от своего старого учителя. Он писал, что в газетах встречает имя академика Губкина — не его ли это ученик? Я ответил, что академик Губкин и крестьянский мальчик в рваном армячке и лаптях — одно и то же лицо, и добавил, что я всегда с благодарностью вспоминаю старого учителя, который помог мне найти путь к знаниям. Путь этот, к слову сказать, был сплошь усыпан шипами. Сколь15
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4