Кроме того, пожалована им была земля под пашни и сенные покосы. На тех же почти условиях поселились в Гончарной слободе владимирские кирпичники, которые должны были нести натуральную повинность в виде поставки 10 тысяч кирпичей в год с каждого кирпичника. Если в XVI столетии царские воеводы строго следили за тем, чтобы стрельцы жили только в своей Стрелецкой слободе, а пушкари - в Пушкарской Гатиловой, то к XVII столетию этот порядок был нарушен: «Да в той же Гатиловой слободе... дворы и места дворовые за володимерскими пушкарями смешаны со стрелецкими дворами и с дворовыми месты, чрез двор и чрез место. И всего в Старой, Гатиловой и в Красное горе слободах: место дворовое сотничье, да три двора десятников, да 27 дворов рядовых стрельцов, а людей в них детей, и братии, и племянников, и сосед, и подсоседников, и захребетников 57 человек». Как видно, количество стрельцов и пушкарей значительно уменьшилось: теперь уже в их услугах государство не так нуждалось, однако по-прежнему они владели отведёнными прежде землями и угодьями, а также лавочными местами в центре города. Так, в 1626 году упоминался «внутри города полок стрельца Исачки Агапьева, да за торговыми воротами в осыпи харчевня стрельца Пашки Панкратова, изба квасная стрельца Тимошки Иванова с товарищи 32 человека...». В Гатиловой слободе находилась церковь «Николы Чудотворца Воинского... с кладбищем, а запустела та церковь с литовского разорения...». 48
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4