ній прочимъ. — Виноватъ, виноватъ, Господинъ Вольтеръ, я въ разсѣяніи, я думалъ о томъ, сколько я удивлялся, когда услышалъ Венеціанскихъ гондольеровъ , которые пѣли Тассовъ Іерусалимъ. —Изъясните мнѣ, панъ злю ? — Подобно Меналну и Мели- беѣ, они изпытываюшъ голосъ и память своихъ товарищей на большомъ каналѣ въ прекрасныя лѣтнія ночи. Одинъ начинаетъ, такъ какъ речитативъ, другой отвѣтствуетъ ему и продолжаетъ. Не думаю, чтобъ Парижскіе извощики знали наизусть Ганріаду, но они пропѣли бы очень худо прекрасные ея стихи своимъ грубымъ голосомъ, подлымъ и отвратительнымъ удареніемъ и охриплымъ отъ пьянства горломъ. Эти отъ того, что Белхи варвары, непріятели гармоніи, и готовы васъ удавитъ, Государь мой. Вотъ народъ, а наши умные люди имѣютъ столъко ума , что выставляютъ 264
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4